Дворянское гнездо | Печать |
О работе Рудакова вспоминает художник Н.А.Родин: «Константин Иванович, стоя у своего стола, в темном берете, свитере, спрятав левую руку в карман брюк, рисовал углем эскиз иллюстрации к роману Тургенева «Дворянское гнездо». Я обратил внимание на то, как просто он это делает. Где-то проведет черту, где-то чуть-чуть уголь разотрет пальцем, где-то чуть коснется угольком, а на листе бумаги шумит, волнуется рожь, в глубине ее открывается полевая дорога. Воздух, далекие дали, слышится жаворонка пенье. Из глубины ржи навстречу нам идут Лиза и Лаврецкий. Как просто, а сколько поэзии». Иллюстрации Рудакова к Тургеневу не получили объективной оценки современной критики. Они признавались чересчур традиционными, декоративными, «неглубокими, даже поверхностными». Позднее верную оценку и серьезный анализ этим иллюстрациям дал А.Д. Чегодаев, назвавший акварельные рисунки к двум романам Тургенева «блестящим завершением деятельности К.И.Рудакова». «Если в 30-е годы Рудаков часто не считал нужным донести до окончательной, завершающей стадии всю ту естественность и свежесть, которые у него постоянно бывали в «черновых» вариантах иллюстраций, то теперь он совершенно перестал подчинять свои живые и правдивые образы каким-либо предвзятым декоративным приемам. Его зрелое мастерство выразилось прежде всего в естественной простоте уверенно законченных (в гораздо большей степени, чем раньше), но нисколько не стилизованных и не засушенных иллюстраций». Другим важнейшим фактором в творческом развитии Рудакова было обращение к «Евгению Онегину» А.С.Пушкина, над которым он начал работать еще в 1930-х годах. Им была сделана тогда серия литографий, которая вошла в издание пушкинского романа, приуроченное к столетию со дня смерти поэта. Тогда же были сделаны многие наброски и эскизы, выполненные акварелью, гуашью и тушью. С этих пор кисть и перо заменяют литографический карандаш.
 
« Пред.   След. »