Георгиевский собор | Печать |
Другим шедевром белокаменного зодчества является Георгиевский собор в Юрьев е-Польском (J-230 — 1234). Его построштхын Всеволода — Святослав, который изображен на руках у отца на рельефе Дмитриевского собора. Первоначально резьба сплошь покрывала Георгиевский собор. Изображения, выполненные в высоком рельефе, были размещены на фоне плоского коврового узора из растительных завитков. Даже колончатый поясок был заполнен изысканными орнаментальными узорами. Сочетание низкого рельефа с высоким производило удивительное впечатление. Конструкция храма была сложной: барабан его главы стоял не прямо на сводах, а на выложенных над сводами высоких арках. От этого церковь казалась еще выше, а внутри все ее пространство словно стремилось к светоносному куполу. С запада на входящего смотрел резной деисус1, а северный фасад охраняли святые покровители владимирской княжеской династии. В образе воина над северным притвором (постройкой у входа) ученые видят святого Георгия, носившего то же имя, что и основатель династии Юрий (Георгий^Долгорукий. В резьбу включены многочисленные библейские сцены, которые должны были оберегать от несчастий. Очевидно, главная идея, воплощенная в резном наряде собора, — это боже-ственная защита княжества. Святым не удалось спасти Русь от татаро-монгольских полчищ в XIII столетии. Владимирский князь пал в битве. Однако традиции самобытного вла-димиро-суздальского зодчества не были забыты. Они возродились спустя столетие в белокаменной Москве. К сожалению, верхняя часть величественного храма в XV в. рухнула. Она была сложена заново московским купцом и строителем Василием Ермолиным, который добросовестно пытался подобрать камни в прежнем порядке. 'Деисус (от гр. моление) — моление святых перед Христом за человеческий род. Задача оказалась почти невыполнимой, поэтому храм выглядит теперь грандиозной каменной загадкой.
 
« Пред.   След. »