Владимирский Успенский собор | Печать |
Владимирский Успенский собор (1158 — 1160), заложенный Андреем Боголюб-ским, был одним из самых высоких на Руси. Он поразительно легок и строен. Стены и столбы тоньше, чем в постройках Юрия Долгорукого. Нововведением и характерной чертой вла-димиро-суздальских храмов были плос-кие четырехгранные полуколонны — пилястры. Наложенные на них тонкие полуколонки, словно растущие вверх, заканчивались изящными лиственными капителями. Арочки образовывали красивый пояс из колонок. Между колонками, очевидно позолоченными, были написаны изображения святых. Сверкали золоченой медью также порталы, глава и несущий ее барабан. Успенский собор был украшен резными каменными рельефами. На одном из них грифоны (фантастические существа с туловищем льва, головой и крыльями орла) возносили на небо Александра Македонского. Вошедшего в Успенский собор поражали яркие росписи, полы из цветных майолико-вых плиток, сделанных из обожженной глины и покрытых глазурью, драгоценные ткани и ковры. Весь облик собора был утонченно-изысканным и вызывал восхищение современников. В соборе находилась знаменитая русская святыня — икона Владимирской Богоматери, созданная византийскими мастерами. Спустя два с половиной века после постройки храма Андрей Рублев расписал его замечательными фресками. На монументальной картине «Второе и страшное Христово пришествие», в драматических сценах и фантастических видениях он представляет Страшный суд как победу добра над злом. «Ярое око» Христа низвергает грешников в геенну огненную — вечный адский огонь, но дарует спасение и открывает райские врата праведникам. Идея торжества божественного порядка нашла выражение в уравновешенной и стройной композиции. Все сцены устремлены к изображению Христа, окруженного высшими небесными силами («Спас в силах») — сидящими на тронах апостолами и сонмами ангелов позади них. По замыслу Рублева, сцена суда должна не устрашать, а ободрять верующего, вселяя в него уверенность в справедливости, поэтому лики апостолов светлы, полны доброты и милосердия. Один из шедевров владимирской архитектуры — Дмитриевский собор (1194— 1197) — называют памятником русского двоеверия, соединившего язычество с христианством. Он украшен изумительной белокаменной резьбой: ангелы, птицы, звери, фантастические существа и растения сплошь покрывают стены между многослойными лопатками. Вся верхняя часть стен храма, начиная со ставшего обязательным для владимиро-суздальского зодчества аркатурно-колончатого пояса, также покрыта разнообразной резьбой. Под арочками колончатого пояса стоят многочисленные святые, а в полях за-комар расположены сюжетные сцены, в том числе «Вознесение Александра Македонского». На другом фасаде совсем неожиданно для русской традиции возникает портрет самого Всеволода с сыновьями, новорожденного сына князь держит на руках. Выбор этих сюжетов продиктован назначением собора — княжеского домового храма, а также желанием возвеличить его могущественного заказчика. Скульпторы-резчики Дмитриевского собора продумали размещение изображений до малейших деталей. На самых видных местах они расположили библейских персонажей и библейские символы. Чем удаленнее и труднее для обозрения участок стены, тем больше на нем украшений, связанных с древ-неславянской мифологией и языческой верой. Выдающийся исследователь влади-миро-суздальского зодчества Н. Н. Воронин подсчитал, что разные звери (кроме львов) на резьбе храма изображены 243 раза, львы — 125 раз, птицы — около 250 раз. С ними соседствуют полуфигуры святых и всадники, а господствует над всем трижды повто-ренная (на разных фасадах) фигура библейского песнопевца. Возможно, мастера хотели показать весь мир, все творения, прислушивающимися к Божественному слову. Дмитриевский собор украшали фресками приглашенные из Константинополя греческие мастера. Вероятно, им помогали в работе русские живописцы, для которых подобное сотрудничество было лучшей школой. Фрески отличают точный рисунок и совершенное живописное исполнение. Красочная палитра владимирских фресок разнообразна и богата цветовыми сочетаниями: преобладают золотисто-коричневые тона, их дополняют желтовато-зеленые, голубые, лиловые, светло-синие и красно-коричневые. До наших дней дошло только два фрагмента росписей — « Страшный суд» и «Рай». На большом своде изображены двенадцать апостолов, сидящих на тронах с высокими спинками, позади них стоят ангелы. Со времен Софии Киевской принципы монументальной живописи существенно изменились. На владимирских фресках апостолы по* казаны в динамичных позах. Одетые в широкие, ниспадающие складками плащи, они обращаются друг к другу, подобно античным философам, ведущим тихую беседу. Их лики очень индивидуальны, объемны, переходы от тени к свету плавны. В руках апостолы держат раскрытые Евангелия — знак, указывающий на начало Страшного суда. Этот собор не так строен, как церкви Андрея Боголюбского, но и не так приземист, как храмы его отца. Он кажется золотой серединой между ними. Первоначально Дмитриевский собор был окружен торжественными галереями, а у западного фасада высились две могучие лестничные башни.
 
« Пред.   След. »